Мир Аркадия Когана      На главнуюОбратная связь

рус | eng
"О синдроме провинциальности". Из статьи Натальи Лигачевой, "День" №114, 1999

Периодически и я, изменяя своему профессиональному долгу «любителя ТВ отечественного», переключаюсь на Россию, и, признаюсь, не просто нахожу пищу для «сравнительного анализа», а еще и получаю удовольствие. Не от «Времени» (ОРТ), и даже не от «Итогов» Киселева (НТВ), или «Зеркала» Сванидзе (РТР)... Там, безусловно, фундаментальный уровень и политической аналитики, и аргументированности авторской субъективности, и разнообразия точек зрения, и объемности картинки, даже при четко проведенной «генеральной линии»... Но для души я смотрю другое.

Вот в воскресенье в «Персоне» у Аркадия Когана (РТР) была Инна Чурикова. И не было никаких особых режиссерских приемов: крупный план актрисы — средний — общий. Камера даже ни разу не спанорамировала по гримерке, в которой «живет» Инна Михайловна уже столько лет в родном Ленкоме («С 1974-го, — уточнит А. Коган. А Инна Чурикова скажет с милой и не совсем серьезной досадой: «Ну что же вы, не надо уточнять. Начнут зрители высчитывать, сколько мне лет. А я молода и хороша собой...»). Монолог Чуриковой разбивали лишь коротенькие синхроны Глеба Панфилова да Марка Захарова, да отрывки из фильмов и спектаклей, и только один раз — коллаж фотопортретов актрисы. Все. Абсолютная, допотопная традиционность, даже без каких-то хотя бы операторских изысков. Максимальная сосредоточенность внимания, без оживляжа, на Личности. Причем, личности в ее камерном, почти интимном проявлении. Никаких вопросов об общественно значимом, по сути, не было. Актриса рассказывала, что поверила в себя только благодаря Панфилову, и в ответ на журналистское однозвучное «...?!» пояснила, что да, до «Начала» она «не знала еще ничего о себе... И вообще, я склонна к сомнению по отношению к себе. Я студент — не профессор»...

Потом говорили о доверчивости, и Инна Михайловна призналась, что и это есть, но и «машинка какая-то внутри меня сидит, которая как бы подсказывает»... «Я в работе, — продолжала Чурикова, — хочу быть очень правдивой, в той степени, как я могу это понять. Но правда иногда бывает такой горькой, такой страшной, что чем больше мне лет, тем больше мне хочется иллюзии...». А Глеб Панфилов, в ответ на вопрос, согласен ли он с тем, что Инна Михайловна — из тех, кто не от мира сего? — ответил: «Это ей присуще. Ее идеализм — не от поверхностного восприятия жизни, а, наоборот, она естественно приподнимается над суетой... Хотя ничто человеческое ей, конечно, не чуждо».

А напоследок Инна Михайловна расскажет, что счастливой была, когда в роддоме ей приносили кормить ее Ванечку... Ничего особенного — правда? О жизни вне самой актрисы за время интервью вспомнили лишь однажды, когда зашла речь о театре — как о внутренней эмиграции... Не было и каких-то особых эскапад эксклюзивных мыслей, фонтана идей... А такое наслаждение разливается по душе после подобных передач, после побывки как бы в заповеднике иного уровня мышления, иного мировосприятия, иных желаний и чувств, чем привычное нынче и собственное каждодневное «бытие», и окружающих...

Другие статьи

© 2009-2014 Аркадий Коган. Все права защищены.Поделиться:
Сделано в студии «Индеец Джо»